milutka

форум милютинского района


Вы не подключены. Войдите или зарегистрируйтесь

ГЛАВА 3. ПРИНУЖДЕНИЕ ВЯТИЧЕЙ К УПЛАТЕ ДАНИ. БЫТЬ ПРОТИВНЫМ САМОМУ СЕБЕ…'''

Перейти вниз  Сообщение [Страница 1 из 1]

Неприязнью, ненавистью к людям, и вообще к кому-либо - недолго и беду на себя накликать. Ненависти можно положить конец не ненавистью, а любовью или уважением к другим:
-Дай сердцу волю, заведут тебя в неволю! - говорили наши мудрые предки.
За год княжеская казна сильно похудела. Бывшие данники Ярополка никак не хотели платить новому конунгу. Миролюбивые увещевания князя Владимира ничего не дали. Родимичи, вятичи, древляне и ятвяги отказались быть данниками Киева. Князю Владимиру ничего другого не оставалось, как силой принудить их платить дань. Первый свой поход он совершил на вятичей.
Вятичи появились в бассейне реки Оки в середине I тыс. н. э., вытеснив, живших здесь балтов, и отчасти угро-финов. Часто вятичи селились на обжитых местах своих предшественников. Вятичи селились обособленно от других славян, занимая бассейн верхнего и среднего течения Оки и её притоков. Путями сообщения служили реки, на возвышенных берегах которых вятичи ставили свои дворы - городища. Основой экономических отношений этого славянского племени служили земледелие и охота. Мелкие земледельческие деревни часто носили временный характер и переносились на другие места по мере истощения небольших подсечных пашен. Помимо земледелия и охоты вятичи занимались бортничеством и рыболовством. Бобровые гоны существовали тогда на всех реках и речках области их расселения, и бобровый мех являлся важной статьёй товарообмена с соседними финскими и литовскими племенами. Часть дани хазарам, а затем и киевским князьям вятичи платили так же бобровыми шкурками. Гончарное, кузнечное и другие ремёсла были дополнительными источниками существования поокских славян.
Имея столь высокоразвитое производство самых разнообразных изделий, вятичи начали оживлённую торговлю с соседями уже в VIII веке. В Новгородскую землю вывозили в основном зерно. Но главное направление торговли - это путь «из славян в арабы». Вятические купцы спускались по Оке в Волгу и приплывали в столицу Волжской Булгарии, город Булгар. Сюда же прибывали по Каспию и Волге купцы из мусульманских стран. Город Булгар являлся крупнейшим торговым центром того времени. А связующим звеном между Арабским Востоком и Центральной Европой являлась Земля вятичей. Вятические купцы заключали здесь множество торговых сделок с арабскими и персидскими купцами. Вятичи жили родовой общиной, во главе которой, как и у всех славянских племён, стоял старейшина рода. Обработка земли под пашни требовала коллективных усилий большой семьи, жившей общим двором. У вятичей дольше всего сохранялись родовые князья (организаторы общинного труда) и племенное вече.
Вятичи, как радимичи и северяне, один обычай имели, жили в лесах, ели всё нечистое, и срамословили перед отцами и перед снохами, и браков у них не было, но игрища между сёлами: сходились на игрища, на плясание и на все бесовские песни и тут умыкали себе жён по взаимному согласию, имели же по две и по три жены. И если кто умрёт, творили тризну над ними и после этого делали большую кладку, клали на неё мертвеца и сжигали, а затем, собрав кости, вкладывали в малый сосуд и ставили (его) на столбе на путях, как делают Вятичи и поныне. Такие же обычаи были и у кривичей. Хотя неоднократные походы великих киевских князей во II пол. Х в. и вынудили вятичей платить дань далёкому Киеву, при малейшей возможности они уклонялись от даннических отношений с Киевской Русью
Еще в 964 году князь Святослав предпринял поход к берегам Оки и Волги. Во время этого похода он встретил вятичей и спросил их:
- Кому вы дань платите? Они ответили: - Хазарам по шлягу от рала. Тогда Святослав в следующем 965 году напал на хазар и, победив их, разорил крепость Белую Вежу. Расправившись с хазарами, он в 966 году опять пошёл в землю вятичей, покорил их и обложил данью. Но завоевание это было не прочным: вятичи вскоре вновь отложились от Руси. Такие же походы совершал и Ярополк. Результат всегда был один. Все теперь надо было князю Владимиру начинать все сначала.
Не буду описывать те муки, которые испытала наша рать, пока мы не добрались до земель вятичей.
- Князь, - хмуро и устало произнес воевода Волчий Хвост, - ни какой богатой дани мы здесь не получим. Вятичи – хитрый народ, убегут от своих жалких жилищ, все попрячутся по лесам, и ищи потом ветра в поле.
Конунг, бросив на него острый и пытливый взгляд, ограничился коротким ответом:
- Ждем - пождем, а что-нибудь да будет! Правителя одолевали тревожные мысли другого рода: неуступчивость Юлии. После каждого его посещения, она запиралась в своих покоях, не промолвив своему супругу не одного нежного слова и не подарив даже ласкового взгляда, и только горько плакала. А он отправлялся на свое одинокое ложе, горестно упрекая жену в незаслуженной обиде.
Вступив на земли вятичей, киевская рать не встретила большого сопротивления. Отдельные немногочисленные отряды вятичей пытались остановить киевлян, но сразу были уничтожены превосходящей силой захватчиков. Дружина князя не оставляла в живых не одного воина вятича. Надо отдать им должное: они сражались смело и умело. Беда у них была в одном - каждый воевал за свое городище. Разобщенность племен мешала им объединиться против общего врага.
Нет, не помогли бы правителю киевскому ни фортуна, ни его блестящий ум, ни жестокость, ни его храбрая дружина принудить платить дань целые народы. Увы, внутренние распри подточили фундамент объединения городов – государств, и, чтобы нанести им победоносный удар, нужно было лишь опереться на их внутренний разлад, который губил эти земли. Огнем и мечом прошел новый князь по не покорной земле вятичей. Его рать, сохраняя боевой порядок и высылая вперед лазутчиков, заранее знала о намерении противника. Многие города и городища вятичей встречали нас с опущенными стрелами и устраивали новому конунгу миролюбивый прием, оказывали ему почести и платили дань, в том размере, каком они платили и его отцу Святославу. Эти городища и поселения князь не грабил. Таким был древний город Любутск на правом берегу реки Оки в 4 км ниже впадения в нее реки Дугны, Это городище было ограничено с юга крутым берегом реки Оки, а с востока и севера ручьем Любучей, протекающим по просторной и глубокой балке. На западной стороне городища был вал высотой до 30 и длиной более 100 метров.
Во время пира старейшины Любутска устроили игрища сразу нескольких сел. Молодежные забавы вятичей мало чем отличались от наших, киевских. Почти те же обряды, игры, заклинания. Единственно чем отличались вятичи от нас, так это аккуратностью в одежде и чистоплотностью, а девушки роскошными еще и украшениями. Одеяния вятических женщин были из шерстяной материи, реже использовались льняные и парчовые ткани. Пуговицы были бронзовые, иногда вместо пуговиц использовались бусы и бубенчики. Ходили они в кожаной обуви, а вовсе не в лаптях. Шейные украшения женщин - это гривны, бусы и ожерелья из арабских дирхемов (серебряная монета). Бусы женщины носили самые разнообразные: стеклянные, сердоликовые, хрустальные, аметистовые, биллоновые, серебряные, золотостеклянные, чёрно-белые мозаичные, аметистовомозаичные, зелёностеклянные, жёлтостеклянные, чёрностеклянные.
Руки украшали различные перстни - от одного до десяти. Местные ювелиры производили перстни шестидесяти видов! Стеклянные, серебряные, биллановые и медные браслеты по разнообразию ничуть не уступают перстням. Одно из украшений достойно отдельного упоминания. Это знаменитые семилопастные кольца - височные подвески, которые носили только вятичские женщины и которые не встречались у других племён.
Эти украшения еще больше подчеркивали красоту вятичских женщин и девушек, снующих возле нас. Вскоре я заметил, как конунг с интересом рассматривает местных красавиц и требует, чтобы его кубок всегда был наполнен. У князя порозовело лицо, пропала хмурость и печаль. Он стал прежним князем, каким был год назад. Он повернулся ко мне и весело проговорил:
- Жизномир, гость не много гостит, да многое видит, вспомним былое! - И не дождавшись моего ответа, начал мне показывать взглядом на приглянувшихся ему женщин. Его абсолютно не интересовал их возраст, замужество и их чувства. Он хотел и брал, что хотел на правах победителя, как он это делал всегда раньше до княжны Юлии.
Как известно, язычники-вятичи не сильно придерживались морали, как и мы. Но они пошли дальше. У них было очень развито снохачество. Вы, наверное, понимаете о чем идет речь?
И вот нашему кагану очень понравилась дочь и сноха одного купца. Он приказал мне, чтобы я отвел их в опочивальню. Гордый купец попытался помешать этому. Но его скрутили и бросили в сарай, приставив для его охраны двух стражников. И, что меня поразило в этой сцене, что купец больше сокрушался о снохе, чем о родной дочери.
Мы вошли в просторные покои, отведенные для князя. Они были роскошными. Что стоила одна резная кровать из красного дерева, на которой могли почивать почти шесть человек! Посредине комнаты стоял уже накрытый стол в тон спальни из такого, же дерева. Конунг пригласил девушек к столу и собственноручно налил всем в кубки вина и, тоном, не терпящим возражения, приказал:
- Пей!
Любава, дочь купца, посмотрела на князя смело, с вызовом гордости и достоинством добродетели. Она приголубила кубок, но пить не стала
- Сударыня, - насмешливо проговорил Владимир, - стало быть, Вы отказываетесь пить с князем киевским?
- Ого, - подумал я, - жизнь, что река, своим ходом течет, добром сегодняшняя ночь не кончится…
Девица выдержала тяжелый взгляд конунга, но ничего не ответила. Она мне явно нравилась, но я не хотел себе признаваться в этом. Положение спасла разбитная невестка Устя. Она выпила кубок вина до дна и, упав театрально на колени перед князем, начала судорожно обнимать его колени, а лицом тереться в районе паха. Каждый ее изгиб, каждая выпуклость ее тела, каждое новое движение ее бедер открывало мне торжество порока над добродете
- Мой господин, я исполню любое твое желание! Только не гневайся на не разумное дитя. Я поговорю с ней, и она будет тебе покорной, как и я…
С этими словами она начала ласкать сквозь тонкие льняные штаны, вздыбленное копье конунга. Подмигнув мне, Владимир принял игру развратной снохи. Он взял ее крепко за волосы, приподнял с колен и неожиданно спросил:
- А Любава знает, что ты спишь с ее отцом?
- Знает, - без тени смущения ответила Устя, - да еще за нами подсматривает и мастурбирует.
Любава, на слова невестки, сначала никак не прореагировала. Но потом, вдруг, взяла двумя руками кубок и осушила его до дна.
- Вы, наверное, и сами немного озорничаете?- хриплым голосом спросил князь. Девицы засмущались и потупили взор. Конунг улыбнулся, снова наполнил кубки вином и произнес тост:
- За наших милых подружек! -Все дружно выпили. Я почувствовал, что начинаю быстро хмелеть.
В тоже время глаза Любавы загорелись пламенем вожделения, когда Владимир, в садистском порыве, начал терзать Устю.
Она, обняв мои ноги, стала целовать меня. Я сидел, расправив плечи, чуть склонив голову к этому ангелу; она, напротив, жадно дотягивалась к моим губам и страстно их целовала. Я же снисходительно принимал ее поцелуи, даже не прикоснувшись к этому юному созданию, как бы мне ни хотелось этого.
Она, Любава, была прекрасна в своем унижении, и, кажется, я сам страдал и мучился вместе с ней, моей красавицей-наложницей. Так благородно возмущалось ее достоинство, так гневно смотрели ее глаза вниз, когда я наклонял ей голову к моему гою, что мое возбуждение достигло чудовищного накала... После я скинул ее с кровати на пол:
- А теперь сторожи сон хозяина, сучка! - сказал я ей.
И вскоре, я удовлетворенный ее унижением, провалился в забытье. Я был совсем пьян. Утром я проснулся в холодной смятой постели и гнетущей тишине. Что осталось от Любавы? Только подушка, мокрая от слез, и ее взгляд оскорбленной гордости в моей памяти, в котором были – тоска и боль. И так было со многими женщинами. Я стал противен самому себе!

Посмотреть профиль http://milutinskay-1876.forum2x2.ru/f1-forum

Вернуться к началу  Сообщение [Страница 1 из 1]

Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения